Strizzle!

Графопостроитель нам показали в конце второго курса. Работал он от славного ящика СМ-1420. Подготовка данных велась на «больших машинах» серии ЕС при помощи как бы графического пакета ФАП-КФ, который в свою очередь базировался на GRAFOR — графическом расширении поныне популярного в узких кругах языка Фортран. Особую сексуальность процессу придавала пакетная обработка заданий на перфокартах: «сдать на просчёт» можно было только раз в сутки. Работала система крайне глючно, частенько вместо чертежей выдавая распечатку о делении на ноль и других внутренних проблемах непростых взаимоотношений надстроек между собой и несгибаемым Фортраном.

С азами программирования и прелестями пакетного режима вычислений на ЭВМ серии ЕС нас познакомили в конце первого курса, и мы уже спокойно воспринимали все неудобства. А вот нашим подружкам-первокурсницам пришлось несладко, когда кафедра начерталки, желая не отставать от прогресса, ввела машинную графику в первом семестре. На дворе стоял 1985 год, и самый доступный компьютер стоил 150 тысяч рублей (доллар был по 60 полновесных копеек). Хотя девчонки были весьма сильны в математике и усвоили начерталку хорошо (медалистки и призёры физико-математических олимпиад), ФАП-КФ оказался сильнее. В расстроенных чувствах студентки поведали нам о страшной ситуации: до конца зачётной недели два дня, а подлая машина вместо линии пересечения геометрических объектов печатает всякие глупости и рисует непонятно что. Недопуск к сессии уже был виден отчётливо. Разбираться с пакетом из двухсот перфокарт за три дня до Нового года не было ни времени, ни желания, поэтому было принято решение выполнить чертёж от руки.

Времени было мало, и мы работали в многозадачном режиме: я отправился в «графопостроительскую» при ВЦ делать бланки, а приятель занялся построением линии пересечения графическим способом. Через несколько часов у нас были заготовки листов, выведенные на графопостроителе (номер группы, фамилия препа и студента, дата), а также вычерченная от руки искомая кривуля. Из электрокартона был изготовлен шаблон, и начались эксперименты по перенесению кривули на бланк. Тут-то и выяснилось, что кривульки, отрисованные на графопостроителе, обладали дрожащим контуром, а наша получилась идеально гладкой. Мы были страшно расстроены: столько трудов — и всё напрасно…

Спас нас модный в то время пластиковый чемоданчик-дипломат. Его поверхность была пупырчатой, как у уважающего себя огурца, и дрожащий контур вышел что надо. Зачёты были получены вовремя, и Новый год прошёл весело.

Теги: IT happens, истории, импорт, давным-давно, образование, оргтехника

Общежитие местного универа. Все специальности разделены по этажам; на четвёртом расположились программисты и системщики. Раньше айтишники квартировали на четырнадцатом, но ценой неимоверных усилий и кровопролитных сражений пробились на четвёртый этаж. Зачем? Я расскажу.

Напротив общежития располагается кафе с вайфаем. Пароль от точки доступа написан на чеке и меняется каждый день. Заходите в кафешку, покупаете чашечку кофе (самую дешёвую, за 5 гривен — студенты же) и получаете заветный чек. Балкон, который находится к кафе ближе всего (тот самый четвёртый этаж), увешан точками доступа и антеннами разного цвета, размера и формы.

Каждый день кто-то становится дежурным по интернету. Нужно встать чуть раньше, до занятий пойти в кафе, купить чашечку кофе, после чего на чёрной доске в коридоре написать красиво и внятно пароль сегодняшнего дня. Витая пара уже разведена по комнатам, старшекуры строго следят за её целостностью и прививают бдительность младшим.

Дежурят уже седьмой год.

Теги: IT happens, истории, импорт, интернет, образование, сеть, только в России

Когда-то наша страна называлась СССР, и в ней была Партия. У Партии была История. История КПСС. Именно этот предмет преподавал тов. Трамвай (фамилия изменена). После распада СССР талантливейшего ментора в ранге подполковника определили на кафедру ЭВМ рассказывать нам об устройстве чуда инженерной мысли. На кафедре товарищу заботливо выдали книжку без начала и конца от неизвестного лица восьмидесятого года образца, полную средневекового бреда и зачем-то третий курс АСУшников, большей частью уже успевших препарировать компьютеры с разной степенью успеха, но все же умеющих отличить процессор от Светлого Будущего. Мы немного повозмущались таким цинизмом: после ассемблера, Дельфи, C, SQL, программирования дисковых контроллеров с точностью до полубита и прочей ереси нас заставили изучать строение ЭВМ!

Трамвай выступил убийцей души прекрасных порывов. Он рассказал нам про шины «ай-си-эй» и «пси», о том, что в WAV пишутся ноты, а в MIDI — цифровые отсчёты, про современные 16-битные процессоры, про винчестеры и дисководы 5,25 дюймов, про «Мсидос» и «Видовс». Первые три занятия мы с ним пытались спорить, но с подполковником спорить бесполезно, а иногда и опасно для мозга. Мы прекратили, тем более что любую свою глупость Трамвай прикрывал книжкой, которую ему сунули на кафедре, видимо, просто для смеха.

Устав бороться, я отмазался от экзамена и занятий, пообещав написать эмулятор лабораторного стенда по изучению чуда советской электроники — процессора КР580ВМ80А. Сначало было интересно, но потом интерес к эмулятору куда-то пропал, и перед экзаменом минут за тридцать я просто набросал форму. Окно с нажимающимися кнопочками, счётчиком команд, регистрами, кодами команд и памятью на сто шагов ввела Трамвая в состояние экстаза, и я получил заслуженную пятёрку. И только друзья-товарищи так и не простили мне обмана целого подполковника.

Теги: IT happens, истории, импорт, неспециалисты, образование, розыгрыши, только в России

Учусь в небезызвестной Бауманке на робототехнике. Начало второго семестра, первая в нём информатика и задание: написать на WinForm калькулятор. Пока все радостно рисовали кнопочки на форме, я решил сделать калькулятор из двух текстбоксов, вылавливая в них ключевые символы по событию Change и отправляя в нужные переменные, дабы потом посчитать. Ловила программа элементы не как-нибудь, а брала для этого из текстбокса символ по счётчику, который рос при каждом вызове этого самого Change. Да, знаю, что индусятина, но вылетела из головы команда, чтобы длину строки получить.

Как это должно было выглядеть в идеале? Пользователь пишет число, жмёт, например, плюс, прога радостно этот плюс стирает, переносит в лейбл рядышком и перебрасывает курсор в соседний текстбокс. Как всё получилось? Пользователь вводит число, жмёт плюсик и… лицезреет ошибку.

Дебажили половиной группы во главе с преподом. Путём удаления строк кода выяснили, что ошибка возникает, если после нажатия плюса прога пытается записать в текстбокс что-то длиннее того, что там уже было. Долго дебажили, ошибку не видели. Хотели уже списать на мистику и бросить, но с помощью препода и чьего-то внимательного глаза баг нашли. Кто-то, может, уже и догадался, в чём дело; их попросим тихо читать дальше и не кричать, что убийца — дворецкий. Для остальных же расскажем, как всё это происходило с точки зрения компьютера.

Ой! Пользователь нажал кнопку! Так, счётчик у нас ноль, смотрим нулевой символ… Ага, единичка. Ничего делать не буду, но счётчик плюсану. Ай! Опять кнопку нажали. Ладно, надо свои ватты отрабатывать. Счётчик — единица, и под номером один у нас… ага, плюсик. Мы его из текстбокса убираем. Вай, что это — опять событие Change! Я же и то не закончил! Ладно, справлюсь, у меня оперативки много. Что, опять проверять текстбокс? Ладно. Счётчик — единица. Что? Да нету здесь символа с таким номером! Идите вы все…

Теги: IT happens, истории, импорт, индийский код, образование, программизмы

Говорите, программа рассчитывает принадлежность клетки к одной или другой группе по цвету фона? Ха! Нас этим не удивить.

Начало девяностых, олимпиада по информатике для школьников в далёкой провинции России. Одно из заданий: построить и вывести на экран решение задачи о выпуклой оболочке для произвольного массива из не менее чем трёх точек в двухмерном пространстве, никакие три из которых не лежат на одной прямой. Решением должен быть список точек, составляющих эту выпуклую оболочку, в произвольном порядке. В качестве бонуса можно было продемонстрировать всю эту чушь в графическом виде.

Для справки: задача важная, нужная и популярная, и решений у неё есть много. Одно из решений приведено в книге «Алгоритмы: построение и анализ» Т. Кормена, являющейся университетским учебником для большинства вузов, начиная с MIT. Но в девяностых на окраине России про Кормена ещё не знали, и пришлось выкручиваться своими силами.

Насколько я понимаю, от нас ожидалось что-то вроде алгоритма Грэхема: взять самую левую точку, которая гарантированно будет включена в эту выпуклую оболочку, построить векторы ко всем остальным точкам, выбрать из них самый правый, перейти на выбранную точку, повторить. Если уже выбраны две точки, ситуация облегчается: сумма нормированных векторов будет тем больше, чем больше они сонаправлены. Проблема только в выборе второй точки, потому что не на чем построить самый первый вектор. Но если самая первая точка — крайняя левая, то можно взять вертикальный вектор (добавить мнимую точку с той же координатой X, но с запредельным Y): все остальные точки будут гарантированно справа. Но векторы у меня вылетели из головы, а с тригонометрией и выбором самого маленького угла относительно только что построенной прямой я просто запутался. Время поджимало, и надо было сдать хоть какое-то решение. Результат поразил даже меня самого.

Итак, для получения бонусных очков надо показать всё это графически. Отлично: выводим на экран все введённые точки, между всеми ними рисуем линии. Тогда линии, составляющие выпуклую оболочку, тоже будут нарисованы. Теперь берём какую-нибудь точку, расположенную вне этой оболочки ([639, 479] кажется подходящим кандидатом) и выполняем заливку FloodFill кавайно-малиновым цветом. Заливка упрётся в линии выпуклой оболочки. Теперь ещё раз пройдёмся по всем возможным линиям, отрисовывая их уже чёрным цветом — с точки зрения пользователя линии сотрутся. На экране останется малиновый фон с чёрной кляксой посередине, а граница между ними как раз и будет внешней оболочкой. Бонусное задание выполнено.

Теперь для каждой точки найдём цвета восьми окружающих её пикселей. Если среди них окажутся малиновые, вызовем сложный комплекс проверок, призванный ответить на вопрос, является ли точка частью внешней оболочки или же просто лежит рядом с границей. Я не помню, как я обрабатывал граничные случаи, — кажется, сдвигал точку на пиксель в сторону чёрного цвета, перерисовывал и смотрел на разницу, — но в конечном итоге я находил все точки выпуклой оболочки (плюс, возможно, несколько лишних, лежащих совсем рядом с границей и не отсеянных дополнительными проверками). В конце концов я очищал экран и рисовал выпуклую оболочку набело, одной линией: мол, смотрите, завидуйте. Весь процесс занимал несколько минут.

Монстрообразная программа состояла из нескольких десятков функций с «говорящими» именами типа CheckThis и Try12. Комментариев по делу не было: мне было не до них. Переменные имели имена, в которых начал путаться я сам. Глобальные и локальные были замешаны в гремучую смесь. Времени на отладку и на доводку этого чуда до ума просто не хватило. Работает? Сдаём!

Комиссия долго совещалась по поводу оценки этого творения, но в конце концов согласилась, что задачу я выполнил, и начислила мне за неё какое-то количество баллов. Думаю, не в последнюю очередь на их решение повлиял рассказ про Нильса Бора, решающего задачу об измерении высоты башни с помощью барометра, который я по памяти вбил в комментарий в начале программы. По сумме баллов я занял на этой олимпиаде первое место.

Дома, в спокойной обстановке, я переписал решение как надо, с векторами и определением углов. Потом, переехав в другую страну и обучаясь на факультете компьютерных наук, я обнаружил ещё несколько решений этой задачи, в том числе очень оригинальный и довольно быстрый алгоритм Чана, созданный как раз в середине девяностых. Переписанная программа заняла в несколько раз меньше места, работала не в пример быстрее и выглядела куда элегантнее. А самое обидное, что реализация этого решения (даже с учётом повторения темы «векторы» в учебнике математики) заняла меньше времени.

Какой будет мораль? А не будет никакой морали. Разве что повторение общеизвестной истины: озаботьтесь проектированием перед тем, как начать писать код.

Теги: IT happens, истории, импорт, образование, программизмы

Я учусь на первом курсе университета по специальности «юриспруденция». Первая лекция по информатике. Приходит препод, даёт нам всем чёрно-белый принтскрин Windows ХР и начинает рассказывать, что есть что. Ну, думаю, ладно, может, на практике будет лучше. Первая пара — учит открывать ярлыки на рабочем столе и копировать обьекты. Но на этом мучения не закончились: мы принялись изучать работу с офисными приложениями на основе 2003 версии пакета.

— %teacherName%, давайте я бесплатно пробник 2007 Офиса поставлю везде, с собой диск есть.
— Нет, не надо, мне этот нравится.

Я понимаю, что ей всё равно, что практически везде сейчас седьмой, а то и десятый Офис стоит, и студенты, которые с «тройкой» работать научились, с трудом будут переквалифицироваться на остальное.

На сладкое — «самая тяжёлая лабораторная работа», которой мы будем зачёт закрывать.

1. Как запустить программу Internet Explorer?
2. Как устанавливается связь с провайдером?
3. Из каких частей состоит URL-адрес?
4. Назовите элементы окна Internet Explorer.
5. Как устанавливается и для чего служит автономный режим работы?
6. Какие команды позволяет выполнять панель инструментов «Обычные кнопки»?
7. Какую информацию отображает строка состояния?
8. Для чего служит панель ссылок?
9. Для чего служит строка адреса?
10. Как выполняется выход из программы Internet Explorer?

Украина — страна технически отсталая, юристы в особенности, но не настолько же!

Теги: IT happens, истории, импорт, неспециалисты, образование

Знакомый, учащийся на компьютерной специальности, поделился присланным ему описанием принципа работы программы, написанной в рамках лабораторной по параллельным вычислениям. По-моему, шедеврально получилось.

Захотел лич квадрат магический найти. В принципе, он и сам бы справился, но Верховный Некромант сказал, что процесс надо распараллелить. Тогда лич призвал скелетов. Каждый призванный скелет отправлял личу почтовым голубем присягу о верности и готовности приказам следовать. Призвал лич нескольких скелетов и решил, что этого достаточно будет. Тогда поднял он знамя поиска и разослал всем скелетам почтовых голубей с заданиями. И начал каждый скелет поиск квадрата магического. Скелет ищет-ищет квадрат да на знамя поглядывает — надо ли искать ещё? А как только найдёт — знамя поиска опускает и бежит к своему господину ответ докладывать. Так и ищут квадраты: стоит на поле памятном лич, флаг подле него развевается, да скелеты вокруг толпятся, приказов ждут. Как только флаг поднимется да голуби полетят, так сразу скелеты за поиск и принимаются.

Некоторые вопросы некромантии.

В:: Говорят, что в методических указаниях Верховного Некроманта есть ошибка.
О:: Да. Верховный Некромант считал, что письмо можно отправить почтовым голубем. Но почтовый голубь-скелет летает плохо (попробуй полетай без перьев), поэтому может отнести только короткую записку, не больше трёх слов.

В:: А чем плохо относить письма лично?
О:: В задании Верховного Некроманта написано: распараллелить. Нескольких голубей можно отправить одновременно, а вот лично разносить письма придётся от одного скелета к другому, то есть последовательно.

В:: Как почтовый голубь знает, куда лететь?
О:: Голубю говорят адрес. Свой адрес лич сообщает скелету в заклинании призыва, потом этот адрес скелет передаёт голубю. А адреса скелетов лич узнаёт из их присяг о верности и готовности и тоже говорит их голубям.

В:: А в методических указаниях было написано по-другому.
О:: Ага, в методических указаниях предлагалось, чтобы скелет сам искал лича. Представьте картину: бегает скелет по полю памятному и пристаёт ко всем встречным деревьям, зайцам и другим скелетам с вопросом: «Вы лич или не лич?» — и так, пока лича не найдёт.

В:: Зачем нужен флаг поиска?
О:: Скелет не просто так работает, он зарплату процессорной маной берет. Поэтому, когда он не нужен, его надо остановить, а то и вовсе развеять по ветру. Когда скелет занят, он на почтовых голубей внимания не обращает. Можно, конечно, заставить обращать внимание, но мне больше понравилось обращать внимание скелета на флаг. Быстрее это: бросил взгляд, и всё тут. А с голубем надо выбрать нужного, потом записку с лапки снять, прочитать, да ещё и голубя вернуть.

В:: Что это вообще такое?
О:: Лич — главный процесс,
скелет — вызванные процессы,
Верховный Некромант — преподаватель IT %PrepodName%,
призыв скелетов — команда ShellExecute,
почтовый голубь — команда PostMessage,
лично принасти — команда SendMessage,
записка — произвольное сообщение Windows,
письмо — сообщение Windows WM_COPYDATA,
флаг поиска — событие синхронизации (еvent),
поиск лича — команда FindWindow,
поле памятное — оперативная память,
процессорная мана — процессорное время.

Теги: IT happens, истории, импорт, образование, программизмы

Попросили помочь с программой по одному околокомпьютерному предмету. Как всегда, программа уже кем-то сдавалась, «там уже всё работает, ты только подправь чуток, чтобы выглядело по-другому».

В двух словах о самой задаче: необходимо рассчитать матрицу значений, которая затем ломаным контуром делится на две части, имеющие некий экономический смысл. В зависимости от того, в какой из частей находится элемент, делается вывод.

Открываю проект, вижу привычную уже картину: полное отсутствие форматирования, однобуквенные переменные и имена компонентов по умолчанию, комментариев нигде нет. Благо алгоритм самой задачи нехитрый, так что разобраться, где в этом коде что, было не шибко сложно. Форматирую, правлю — и в самом конце программы нахожу настоящий шедевр.

Рассчитанные значения выводились в таблицу на форме, при этом ячейки прямо на ходу раскрашивались в зависимости от того, в какую из двух частей матрицы они попали. Думаете, красоты ради раскрашивались? Вот и я так думал, пока в конце не увидел это:

a := Canvas.Pixels[n-10,k-10];
if TColor(a) = clRed then begin otvet := … end else otvet := …

Окончательное решение программа принимала на основе цвета ячейки таблицы! Ей-богу, я окосел. Объявить массив и занести в него номера ячеек, образующих контур, наверное, слишком скучным показалось — лучше потыкать в пиксели на форме. Особенно весело было нажать на кнопку «Рассчитать», потом на секунду свернуть окно программы и наблюдать девственно чистую белую таблицу, о перерисовке содержимого которой, разумеется, никто не позаботился. Разумеется, сделать вывод после этого программа уже не могла.

Я понимаю, человек был далёк от программирования и писал только чтобы сдать лабу, но такого «изобретательного» подхода, признаться, ранее я не встречал никогда.

Теги: IT happens, истории, импорт, индийский код, образование, программизмы

Работаю в школе лаборантом информатики. Выдать буки учителям, подключить проектор, записать всё в тетрадочку — дело нехитрое. В штате школы числятся и два учителя информатики, которые, собственно, учат детей уму-разуму. Работаю эти милые дамы строго по учебнику, и если картинка на странице изображает Офис 2003, а на машинах в классе стоит 2007-й, впадают в ступор и бегут ко мне с ужасом в глазах и жаждой помощи.

Сегодня одна из этих милых училок с утра примчалась ко мне с воплем, что ей надо десятому классу рассказывать, как работает PowerPoint, а найти она его не может, и я немедленно должна что-то с этим сделать. Зная точно, что офисный пакет стоит на месте, спрашиваю бедолагу, где ж она ищет програмку-то? «Как где?» — испепеляюще глядит она на меня. «Пуск — Программы — Стандартные!»

Теги: IT happens, истории, импорт, неспециалисты, образование

Не понимаю я преподавателей со встроенным в голову компилятором, хоть головой о стену бейся! А дело обстоит так: моя девушка учится на технической специальности, не имеющей ни малейшего отношения к IT. Есть у них общий предмет с гордым именем «Информатика», на котором учат всему, от создания папки до азов программирования на бородатом паскале и VBA. Ей, естественно, программирование надо, как юниксу BSoD. Кто все домашние задания делает? Верно, я.

Стандартный случай: пять простых задачек по три массива, четыре цикла и десяток-полтора переменных. Я, эникейщик-самоучка, глянул на это всё, на минутку задумался, за 15 минут написал, ввёл тестовые данные, проверил ответ — отлично. Можно сдавать, скажете? А вот тут и прикол. Моя любимая берёт ноут, тетрадку и… верно, переписывает туда код.

Цитирую преподшу: «Блок-схема — самая важная часть программы! Без неё вы никогда не напишете ни одной программы!» Ну да… Можно подумать, что я за минуту в голове нарисовал пять этих блок-схем. Кстати, внешность этой преподши полностью соответствует её манере преподавания: уже за сорок, старомодная юбка, очки и полное нежелание идти на коннект со студентами, какого бы это вопроса ни касалось.

Так вот, рисую блок-схему. Любимая смотрит, говорит, что неправильно. Начинаем рыться в её конспекте и смотреть, что им на лекциях диктовали. Нашли, сделали. Ура! Курсор в верхний правый угол, «Закрыть», «Нет». Я фигею: «А как же сдавать программу, если ты ее не сохранила? Заново писать?» — «Нет», — отвечает мне любимая, и показывает на тетрадь: «Вот так». Мда… XXI век!

Видел я идиотов, видел людей, которые умудрялись планку DDR2 вдавить в слот DDR, видел, как, не зная об отверстии для извлечения диска, привод зверски раскурочивали отвёрткой, не вынимая из корпуса, но чтобы работоспособность программы проверялась на листике…

И это я молчу, что переменная, содержащая сумму, должна называться S, и не иначе, счётчик — n, вводимые данные — x и т. д. О «говорящих переменных» им никто не рассказывал; мало того, по словам преподши, так делать неправильно!

Завтра у девушки контрольная. Как студенты будут писать программы? Вы снова правы! На листочке, не подходя к компьютеру. Я же, в свою очередь, буду сидеть в ближайшем интернет-кафе с ноутом, открытым редактором VBA и включённой аськой. Если такие преподаватели учат людей грамотно разбираться в вопросе, то, простите, я тогда страус!

Теги: IT happens, истории, импорт, неспециалисты, образование, программизмы